Казахстан был принят в ОБСЕ в январе 1992 года. Для еще совсем молодого государства это был важный шаг по вхождению в мировое сообщество в качестве его полноправного участника. Тогда предполагалось, что тесное и конструктивное взаимодействие Казахстана с ОБСЕ и другими международными организациями будет способствовать развитию дружеских и конструктивных отношений республики как с ними, так и с состоящими в них зарубежными странами, а также оказанию с их стороны всевозможной поддержки становления демократии в республике.

Однако отношения между Казахстаном и ОБСЕ начали складываться неоднозначно. С одной стороны, руководство Казахстана везде, где можно, заявляло о своей приверженности стандартам и нормам ОБСЕ в плане построения демократии и соблюдения прав и свобод человека. С другой же стороны, оно в ходе реализации тех или иных политических действий открыто нарушало их. Соответственно этому менялось и отношение ОБСЕ к Казахстану. Постепенно приветливость и доброжелательность сменяются осуждением.

Особенно чашу терпения ОБСЕ переполнили выборы президента республики, прошедшие в январе 1999 года, на которые она даже отказалась посылать своих наблюдателей, ограничившись направлением специальной оценочной миссии. Данная миссия дала весьма резкую оценку президентским выборам как не соответствующим принципам и стандартам ОБСЕ и прошедшим с многочисленными нарушениями прав граждан избирать и быть избранными, на свободу слова, объединений и собраний. Эта оценка и последующие после выборов главы государства события в республике привлекли серьезное внимание мирового сообщества к Казахстану.

Примечательно, что в 1999 году ситуация с демократизацией и правами человека в Казахстане уже дважды обсуждалась в Конгрессе США по инициативе Комиссии по безопасности и сотрудничеству в Европе. Уже тогда конгрессмены выразили серьезную озабоченность судьбой демократии в Казахстане. На одном из заседаний Конгресса был поставлен вопрос об ограничении или прекращении, вообще предоставления экономической и иной помощи государствам, выборы в которых были недемократическими и подвергнуты критике международных организаций.

Однако в этих условиях ОБСЕ не только не пошла на разрыв с Казахстаном, но даже выразила свое намерение сотрудничать с правительством республики по подготовке и проведению парламентских выборов, в области изменения Закона о выборах, в разработке проектов законов о правах этнических меньшинств и о религиозных объединениях. В конце 1998 года ОБСЕ открыло в Алматы свой постоянный офис. Но казахстанские власти в очередной раз проигнорировали предложения ОБСЕ и других международных организаций относительно законодательства о выборах. В итоге в сентябре-октябре 1999 года с многочисленными грубыми нарушениями и фальсификациями прошли выборы в Сенат и Мажилис парламента республики.

Безусловно, что ОБСЕ и другие международные организации пытались сделать все возможное, чтобы способствовать проведению в Казахстане честных и справедливых выборов. Около 200 международных наблюдателей присутствовали на парламентских выборах. Они обратили особое внимание на вмешательство в работу избирательных комиссий органов исполнительной власти, предвзятость местных избиркомов в пользу проправительственных партий и кандидатов, запугивание кандидатов от оппозиции. На некоторых участках представители избирательных комиссий даже отказывались пускать аккредитованных наблюдателей в помещение, где проходили выборы. Для преодоления этого “препятствия” понадобилось напрямую обратиться к председателю Центризбиркома. Многим наблюдателям отводили очень неудобные для наблюдения места. А кое-где наблюдателей от ОБСЕ просили удалиться с участка под предлогом того, что представители избиркома “не могут обеспечить их безопасность”.

Естественно, что после всего этого оценка ОБСЕ процесса проведения парламентских выборов в Казахстане была достаточно жесткой. Хотя, с другой стороны, ОБСЕ отметило, что с проведением парламентских выборов в Казахстане был сделан первый шаг по пути демократизации страны. Тем самым эта организация фактически признала легитимность прошедших выборов. Но, несмотря на это, в своем интервью телеканалу “Хабар” от 4 ноября 1999 года президент РК Нурсултан Назарбаев обвинил представителей ОБСЕ во вмешательстве во внутренние дела Казахстана, сравнив их с партийно-советскими чиновниками, приезжающими в республику из Москвы для проведения всевозможных проверок. При этом глава государства тонко намекнул, что Казахстан всегда может сам выйти из состава ОБСЕ. Интересно, что этот выпад главы государства в адрес ведущей международной организации нисколько не повлиял на ухудшение отношений между ОБСЕ и Казахстаном.

Далее последовали участие президента РК в Стамбулском саммите ОБСЕ в ноябре 1999 года, его визит в Вену с посещением штаб-квартиры ОБСЕ и выступлением на заседании Постоянного совета ОБСЕ, визит делегации парламентской ассамблеи ОБСЕ во главе с вице-президентом Игорем Осташем в Казахстан в феврале этого года и, наконец, визит в Казахстан в июне делегации ОБСЕ во главе с ее председателем Бенитой Ферреро-Вальдман. На всех этих мероприятиях президент и иные официальные лица Казахстана отмечали продолжение в республике курса демократических и рыночных реформ и выражали свое желание сотрудничать с ОБСЕ в этом плане. Представители ОБСЕ, в свою очередь, высказывались о своей готовности помочь Казахстану развивать демократию и институты гражданского общества. Очевидно, что такая лояльная позиция ОБСЕ в отношении Казахстана обусловлена следующими моментами.

Во-первых, оценки и рекомендации ОБСЕ не являются для казахстанских властей обязательными для принятия и исполнения. А у ОБСЕ нет каких-либо серьезных механизмов воздействия на Казахстан, кроме как публичного порицания, которое, правда, на руководство страны почти не действует, и постановки вопроса о его исключении из своего состава.

Во-вторых, сама ОБСЕ, похоже, примирилась с мыслью, что ее замечания и предложения по вопросам развития демократии не будут приняты в полной мере властями Казахстана ввиду специфики социально-политического развития республики в переходный период и жесткой позиции ее руководства в самостоятельном определении своего внутриполитического курса.

В-третьих, можно предположить, что Европа стремится расширить свое присутствие в Казахстане, несколько потеснив США, Россию и Китай. В этом плане не исключено, что на позицию ОБСЕ и ее руководства сильно влияют некоторые политические и деловые круги европейских стран.

Кроме того, нельзя не учитывать и субъективные факторы. Во время своего визита в Казахстан в июне этого года председатель ОБСЕ Бенита Ферреро-Вальдман посвятила свою беседу с президентом РК обсуждению главным образом вопросов региональной безопасности, борьбы с терроризмом и наркобизнесом. А проблемы развития демократии в республике были отодвинуты на второй план. Вероятно, что на такую благосклонность руководителя ОБСЕ к Казахстану повлияли не только общие интересы Европы в этой стране, но и то, что она по совместительству является главой внешнеполитического ведомства Австрии. Как известно, президент РК Н.Назарбаев одним из немногих выразил приветствие приходу к власти в Австрии нового правительства, включающего представителей крайне правой Австрийской партии свободы, в то время как почти все страны Европы выразили резко негативное отношение к этому событию. Таким образом, своим дружеским отношением к Казахстану и его руководству по линии ОБСЕ Ферреро-Вальдман заложила основы и для конструктивного развития австрийско-казахстанских отношений. В силу этого Ферреро Вальдман вполне может если не заблокировать, то хотя бы смягчить постановку и рассмотрение вопроса об исключении Казахстана из ОБСЕ.