Дело приобрело широкую
известность благодаря тому, что в нем фигурируют
имена высших руководителей Казахстана --
президента Нурсултана Назарбаева и экс-премьера
Нурлана Балгимбаева. Согласно материалам дела (в
нем около миллиона страниц текста), на
заграничные счета лидеров Казахстана поступали
от г-на Гиффена “незаконные выплаты”. Эти
“отмытые”, как сказано в обвинительном
заключении, средства в сумме 78 млн долл. суть
“комиссионные”, которые выплатили американские
нефтяные компании за предоставленное им право
участвовать в освоении казахстанских нефтяных
месторождений.
С 1999 года, когда о “казахгейте”
заговорили сначала в прессе, а затем и в органах
юстиции США, в Казахстане на эту тему наложено
строжайшее табу. Но поскольку накануне суда
отрицать очевидное уже невозможно, Нурсултан
Назарбаев 14 мая решился объясниться с
соотечественниками. Однако сделал он это
настолько неубедительно (см. “Время новостей”
от 17 мая), что его ответы не столько разъяснили
ситуацию, сколько еще больше ее запутали.
1 июня депутат парламента Казахстана
Толен Тохтасынов выступил с депутатским
запросом к премьер-министру Даниалу Ахметову.
Ссылаясь на слова президента страны о том, что
“генпрокуратура и правительство очень подробно
докладывали об этих вещах (о “казахгейте”. -- Ред.)
парламенту”, г-н Тохтасынов попросил уточнить,
“когда и кому в парламенте правительство очень
подробно докладывало по делу Д. Гиффена”. Что
ответил на этот запрос г-н Ахметов, нам
неизвестно...
Астана постоянно утверждала, что
казахстанское руководство не имеет отношения к
расследуемому в США уголовному делу -- судят, мол,
американского гражданина. Но продолжать эту
бессмысленную риторику стало невозможно после
того, как суд в Нью-Йорке по просьбе адвокатов
г-на Гиффена рассекретил имена основных
получателей взяток, которые он давал, -- то есть
Назарбаева и Балгимбаева.
Защите г-на Гиффена это понадобилось,
чтобы доказать, что их клиент вовсе “не
коррумпировал иностранное должностное лицо”,
что является нарушением закона. Оказывается, г-н
Гиффен “работал” с президентом Казахстана
согласно полученным от руководства спецслужб
США директивам. Другими словами, он действовал
как резидент американской разведки, вербуя главу
иностранного государства. Неподцензурная
казахстанская пресса уже назвала это историей
про “резидента и президента”.
На вчерашнем предсудебном заседании в
Нью-Йорке рассматривался единственный вопрос:
ходатайство защиты г-на Гиффена о снятии с него
обвинения в коррумпировании руководства
Казахстана. Тогда главным обвинением против него
станут налоговые преступления -- Джеймс Гиффен не
только платил другим, кое-что он оставлял себе.
Это “кое-что” в размере 60 млн долл. адвокат и
советник президента Казахстана скрыл от
налоговых органов США. Но американские прокуроры
считают, что суд не согласится с доводами защиты.
И тогда окажется, что рассекречивание имен
президента и экс-премьера Казахстана было
напрасным и преждевременным.
Другая забота адвокатов Гиффена --
выяснить заранее, кто будет свидетелем обвинения
на процессе, который начнется не раньше сентября
нынешнего года. Особенно их интересуют имена
зарубежных свидетелей, и не окажутся ли среди них
казахстанские граждане. Главное -- будет ли
давать свидетельские показания экс-премьер
страны Акежан Кажегельдин, которого Астана
считает злым демоном “казахгейта”.
Пожалуй, в этом есть доля правды.
Именно попытка казахстанских властей найти за
границей в 1999 году “несметные миллионы”,
принадлежащие опальному экс-премьеру и лидеру
оппозиции, обернулась трагическим для Астаны
конфузом. Кажегельдинские сокровища не
обнаружили, зато всплыли тайные счета Назарбаева
и Балгимбаева.
Как раз в те дни, когда в Нью-Йорке шли
предсудебные прения по “не имеющему отношения к
Казахстану” “казахгейту”, в США с
неофициальным визитом совершенно случайно
вылетел глава МИД Казахстана Касымжомарт Токаев.
У министра, как оказалось, презентация его новой
и, видимо, очень своевременной книги.
