О перспективах казахстанской оппозиции

После лондонской конференции "Демократия в Евразии", прошедшей 12 ноября, на которой встретились все основные игроки оппозиционного поля Казахстана, в обществе заговорили о процессах реального объединения оппозиции не только у нас, но и постсоветских государств. Так ли это - мнение казахстанского политолога Нурбулата МАСАНОВА, участника прошедшей конференции в Лондоне.

Насколько перспективны такие встречи оппозиции на Западе, потому что она много ездит по разным странам, много говорит и много предлагает, но реальной отдачи пока не так много?

- Эта конференция была организована зарубежными партнерами, как Freedom Network, чтобы лидеры оппозиции могли обсудить наиболее важные наболевшие вопросы. Почему за рубежом? Потому что не все лидеры казахстанской оппозиции могут собраться в Алматы. Мы знаем, что г-н Кажегельдин не может приехать в Казахстан.
На конференции обсуждался широкий круг вопросов - ситуация в СНГ и перспективы объединения политической оппозиции на всем пространстве СНГ. Там было обращено внимание на следующий важный момент, что саммиты глав СНГ превратились в некий элитарный клуб диктаторов, где обсуждаются больше вопросы не экономической интеграции, а борьбы с демократической оппозицией и сохранения диктаторских режимов, происходит обмен опытом по уничтожению свободы слова и сокращению демократических ценностей. И в этом контексте очень важно начать горизонтальный процесс интеграции демократической оппозиции.

Там было более 100 представителей средств массовой информации, западных аналитиков, экспертов, ведущих ученых всех научных центров. На моей памяти впервые был проявлен такой большой интерес со стороны западной общественности к такому роду мероприятий.

Только ли общественность заинтересована в продвижении демократии на постсоветском пространстве, или здесь Вы почувствовали усилия официальных сил Британии?

- Я думаю, говорить о поддержке официальных сил еще преждевременно. Вопрос шел о том, что необходимо обсудить меры по выработке совместных действий по поддержке демократических ценностей. И особенно это было актуально в контексте Казахстана.
Пока идет анализ политической ситуации на пространстве СНГ. Говорилось о том, что никакой многовекторной политики здесь нет, все это миф, который г-н Назарбаев и Министерство иностранных дел создают для Запада. Говорилось о том, что Путин является негласным патроном всего этого сообщества, деятельность которого направлена на свертывание демократических ценностей. В качестве примера приводились его последние нововведения по отмене мажоритарной системы выборов и по отмене системы местного управления, когда "избрание" губернатора будет осуществляться по рекомендации президента, а в состав сената верхней палаты российского парламента будут входить не представители регионов, как сейчас, а сами главы регионов.

А как такая политическая круговая порука руководителей стран СНГ воспринимается на Западе?

- Давайте прямо говорить, что для Запада постсоветское пространство до сих пор терра-инкогнито, серьезных специалистов на Западе нет, они с трудом представляют вообще, где мы находимся на карте мира, а в хитросплетениях политической ситуации они не разбираются и имеют весьма отдаленное представление о нас. Они часто судят о политической ситуации по декларативным заявлениям глав государств, но читать между строк или знать, что у нас происходит на самом деле, они не знают.

Получается, что наши официальные лица ведут мораль двойных стандартов?

- У нашей власти любимый термин - многовекторная политика, который оценивается как сбалансированная политика различных интересов. Когда им объясняем, что нет никакой многовекторной политики, что на самом деле давным-давно проводится политика диктатуры и согласованных действий с Россией и под патронажем России, они начинают задумываться. Участники конференции говорили о том, что происходит на Украине, что Путин откровенно вмешивается во внутренние дела Украины, он пытается повлиять на избирательные процессы, лоббирует интересы одного из кандидатов в президенты. И это очень тревожный симптом, свидетельствующий о том, что Россия переходит от пассивной политики к политике жесткого проталкивания интересов диктаторских государств, то есть своих собратьев по классу. Запад пока еще не готов к пониманию этих вещей, там пытались дискутировать и даже спорить.

Какое влияние оказала эта конференция на лидеров нашей оппозиции?

- В кулуарах казахстанская оппозиция активно общалась, очень плотно контактировала, обменивалась мнениями, и создалось ощущение единства, как мы все шутили, искра пробежала между всеми. Это вызвало внимание со стороны Запада, все видели, что разговоры о том, что оппозиционные силы в Казахстане разрозненны, - неправда. Рашид Нугманов как организатор этого мероприятия хотел рассадить казахстанцев по разным столам, но все сели вместе. Было сильное единение и взаимопонимание, взаимоуважение и дружба, например, Булат Абилов сидел рядом с Акежаном Кажегельдиным, гладил его по плечу и говорил: "Акежан Магжанович, как я по Вам соскучился!"

То есть общая угроза как бы дает надежду на сплочение оппозиции?

- Да, здесь важно подчеркнуть, что, конечно, речь не идет ни о каком организационном объединении, это неприемлемо, я думаю, для всех. Речь идет о выработке программы совместных, сплоченных и скоординированных действий по всему спектру политического процесса. Это реально. И главный вопрос - это выдвижение совместного кандидата на президентских выборах.

К чему дальше пришли - будут встречаться, что-то создавать вместе?

- Создан Координационный совет в Казахстане, в рамках которого надо идти дальше. Но этот совет пока ограничен лишь руководством трех партий, а силы политической оппозиции, конечно, гораздо шире. Поэтому будет постепенное расширение его формата внутри страны и выход на формат международный, насколько я знаю, уже намечена следующая встреча в Брюсселе, которая закрепит какие-то важные позиции.

В чем заключалась задача участия посла Идрисова на этой конференции - быть оппонентом оппозиции или все-таки была какая-то попытка сближения с ней?

- Я думаю, что на публичном уровне его задача была дезавуировать выступления лидеров оппозиции и как бы показать, что не все так плохо в Казахстане. Он дискутировал по принципиальным позициям, которые касались политической воли президента, а в остальных случаях он не дискутировал. Когда рассматривались вопросы в рамках СНГ, нечестных выборах и т.д., он спокойно сидел, но защищал президента и все время подчеркивал, что президент готов идти на диалог. И что нельзя говорить о том, что режим закрытый, косный и нединамичный, что он статичен. В кулуарах он старался поддержать хорошие личные отношения со всеми лидерами оппозиции, все время апеллировал к Жандосову, Сарсенбаеву, что, дескать, мы вместе были членами одного кабинета министров, то есть была попытка наладить личные контакты. Надо отдать ему должное, он поступил как настоящий дипломат.

Не является ли это признаком того, что здесь власть тоже готова идти на миролюбивый диалог с оппозицией?

- Абсолютно исключается, никаких иллюзий не должно быть. Я как политолог хочу сказать, что до президентских выборов никакого диалога, никаких контактов, никакого взаимодействия, никаких уступок, никаких шагов навстречу со стороны президента не будет.

Вошел ли Акежан Кажегельдин в Координационный совет оппозиции?

- Его пригласили участвовать в этой конференции, он, бесспорно, был полноценным участником диалога. О его членстве в совете разговора не было, потому что политическая оппозиция - это намного шире. Здесь, я думаю, есть расхождения, но в вопросе о совместном кандидате на пост президента не должно быть разногласий. И этот вопрос для всех очевиден и ясен.
Меня больше волнует другое, что дальше? Пока я ничего не вижу, если честно говорить. Что дальше в программном плане, в содержательном, в политическом, кто подвинется, кто уступит, кто, что потребует и т.д. Эти вопросы правильные, но они пока преждевременные. Они слишком глубокие для нынешнего уровня взаимодействия и контактов.

После различных революций в СНГ казахстанская общественность вправе ожидать что-либо существенное от нитей оппозиции, не так ли?

- Самый главный вопрос в том, что оппозиция должна понимать степень своей ответственности. Это, мне кажется, главное. Гигантская ответственность. Нужен серьезный результат, и чтобы достичь этого результата, нужно очень много работать. На такой уровень понимания своей ответственности казахстанская оппозиция еще не вышла.
Казахстанская оппозиция все время новая, потому что внутри власти идет перманентный конфликт, из нее откалываются огромные куски и приходят в оппозицию. И оппозиция каждый раз вынуждена снова и снова перестраиваться, интегрироваться. И поэтому она в состоянии динамики, роста, нет какого-то стабильного костяка. В этом проблема. Каждый раз все сначала, с нуля. И это очень серьезно осложняет ситуацию. Нужно стабилизировать этот процесс, но, по-моему, в ближайшее время это не предвидится.
Еще один нюанс, о котором мне хотелось бы сказать. Дело в том, что сейчас Казахстан становится главным фронтом борьбы. Почему? Потому что Россия пытается создать третий полюс. На границах России Прибалтика уже ушла, Украина сейчас, дай Бог, уйдет, Грузия ушла. На границах России фактически остаются только Белоруссия и Казахстан. Если уйдет Казахстан в демократический лагерь, Россия остается в полной изоляции. Поэтому нужно понимать, что власть России будет серьезно бороться за влияние в Казахстане, серьезно нам мешать и вредить. И это казахстанская оппозиция тоже должна понимать. Сейчас российские власти все больше и больше становятся союзниками Назарбаева, и в этом контексте очень важно объединение с российской демократической общественностью. Но там тоже идет процесс созревания, как у нас. Это все осложняет ситуацию, нам нужно интенсифицировать этот процесс, но пока не получается.

Беседовала Алма ШАРИПОВА

"Соз", №43, 25 ноября 2004 г..
http://www.kub.kz/soz.php?sid=7509