Игра в выборы

В Казахстане начался принципиально новый этап широкомасштабной кампании по созданию демократического имиджа действующего режима. На всех уровнях, внутри страны и за ее пределами, устами адептов официальной идеологии произносятся высокопарные слова о необходимости проведения демократических реформ и соблюдении основных прав и свобод граждан. Многочисленные провластные делегации, заученно повторяющие эти тезисы, буквально заполонили политические столицы Запада. Логика такова: дескать, основной этап экономических реформ завершен, теперь примемся за политические преобразования.

С другой стороны, власть предпринимает некоторые действия, которые, по намерению их инициаторов, должны показать решимость режима на действительные демократические шаги. Одним из главных составляющих политического макияжа изрядно потрепанного демократического лица режима являются назначенные на 20 сентября выборы в местные органы представительной власти – маслихаты. Официальные и околовластные СМИ вовсю раструбили эту кампанию как верный признак поворота Назарбаева в сторону демократии (получается, что раньше, до объявления этих выборов, он придерживался другого мнения относительно этих ценностей?).

Своеобразной издевкой в адрес внутренних и внешних критиков режима является тот факт, что эти выборы, несмотря на требования оппозиции, пройдут по старому Закону “О выборах”. По Закону, который еще в прошлом веке был признан ОБСЕ не соответствующим ее стандартам. По Закону, который позволяет власти заниматься самым настоящим шулерством и манипулировать выборным процессом по своему усмотрению. События президентских и парламентских выборов 1999 года – наглядный тому пример.

Пристально следящему за всеми перипетиями предвыборной суматохи мне все более кажется, что некоторые наши коллеги по демократическому лагерю включились в навязанную властями политическую возню и своим участием на выборах начали лить воду в мельницу режима. Они постепенно превращаются в персонажей срежиссированного режимом театрального действа в жанре трагикомедии. Трагедии – в смысле очередного отката назад в историческом развитии общества. Комедии – в смысле суетности и тщетности всего происходящего и прогнозируемости конечных результатов.

Я все более убеждаюсь в этом еще и потому, что в этой борьбе абсолютно не видно той четкой и принципиальной оценки сложившейся в стране политической системы, которая уже поддержана народом и признана международным сообществом. Такое ощущение, что, играя по балиевским правилам, энергия и силы, ресурсы многих наших коллег распыляются на локальные попытки изменить что-то в отдельно взятом районе и городе.

Распыляя силы, не потеряем ли мы из виду наш главный ориентир: коренное реформирование политической системы, наши основополагающие демократические требования?

Нельзя не учитывать и следующий немаловажный аспект. Известно, что парламенты и правительства западных стран, ведущие мировые демократические институты определились со своим мнением об отсутствии в Казахстане основ демократии. Мне кажется, что помимо всего прочего на чашу весов поставлено вот это самое критическое восприятие Западом состояния демократии в Казахстане. Невольно (или вольно?) те, коллеги по демократическому лагерю, которые ринулись в бой за места в маслихатах, позволяют мировым демократическим институтам сделать невольные (извините, за тавтологию) выводы “о наличии (все-таки!) в стране элементов демократии” и “об искреннем желании Назарбаева следовать демократическим принципам”.

Ведь не нужно быть Нострадамусом или Асан-кайгы, чтобы предугадать финал выборов: неугодные власти кандидаты будут отсеяны до или во время выборов, прошедшие-таки марафон “получат” с благословения Балиевой свои несколько процентов. И самое главное – все это будет соответствовать нынешнему Закону! И никакие обращения в сторону Запада и иски в подконтрольные исполнительной власти суды не дадут результата. Все это мы проходили еще четыре года тому назад! Неужели будем наступать в сентябре на те же октябрьские грабли?

Во всей этой ситуации однозначно выигрывает власть. У нее будет прекрасная возможность для озвучивания тезиса о том, что “даже самые непримиримые оппозиционеры, поддержав инициативу властей, приняли участие в выборах и потому они, эти самые выборы, легитимны. А тот факт, что они, по данным ЦИК, набрали ноль целых один десятых процентов, это уже показатель их реального авторитета среди населения (?!).

Инстинкт самосохранения подсказывает режиму, что наличие подобной (по большому счету - управляемой) оппозиции ей выгодней, чем отсутствие любой формы оппозиции. Тем более что наличие разных громоздких одиозно провластных политических и политологических образований у общества вызывает только чувство отвращения и брезгливости.

Весь этот проект квазидемократических реформ имеет не только “западное” направление, - внутри страны он направлен как раз против тех, кто стоял и стоит на самых принципиальных позициях в отношении, как к личности Назарбаева, так и к созданной им уродливой политической системы. Многие называют такую позицию политическим радикализмом. Я бы с этим не согласился. Время на терапевтические мероприятия безвозвратно ушло. Нынешняя терапия может только продлить агонию режима на год-другой. Но не более. Колесо истории невозможно повернуть вспять. В этих неординарных условиях нужен хирургический инструмент. В нашем понимании это – новая Конституция. Нужны также и грамотные хирурги – они есть: это те, кто выстрадал эти демократические идеи, несмотря на чудовищные репрессий и, те, кто представляет наиболее здравомыслящую (и реалистичную) часть существующего режима. Ведь не секрет, что внутри самой власти есть тысячи и тысячи честных и компетентных людей, которые выступают против нынешних условий функционирования погрязшей в коррупции и кумовстве государственной системы, которые в душе поддерживают идеи открытой состязательности и конкуренции во всех сферах общественной жизни.

Именно в таких непростых политических условиях участие части демократической общественности в вышеназванном плане мероприятий по проведению псевдодемократических реформ вызывает все больше и больше вопросов. Уверен, что нам нельзя ни в коем случае опускать планку политических требований, которые мы ставим уже в течение пяти лет.